«Слово-на-Дону 2025»: ростовские писательницы отказались от термина «женская проза»

 16 октября на площадке художественной галереи «Ростов» прошел круглый стол, посвященный теме: «Я пишу. Сила женского слова». Шесть ростовских писательниц — модератор Полина Касперович, Марина Чуфистова, Лера Ко, Лиза Лосева, Ксения Баштовая и Виктория Бабкина — в рамках фестиваля «Слово-на-Дону» обсудили творческий путь и методы каждой и подискутировали о понятии «женская проза» в современной литературе.

Дискуссия началась с вопроса: «Как вы поняли, что хотите и можете писать книги?» Для одних это было закономерностью: Лера Ко всегда хотела быть писателем, а адвокат Ксения Баштовая с детства сочиняла рассказы и взялась за работу над первой книгой на скучной лекции. По-другому сложилось у Полины Касперович: по первому образованию она радиофизик, в прошлом — директор завода, и никогда не мечтала стать писателем. Марина Чуфистова в пандемию обратилась к воспоминаниям о детстве и, желая красиво рассказать истории своих соседей, пошла на писательские курсы. Виктория Бабкина, режиссер-документалист, поняв, что снимать фильмы долго и дорого, решила, что доносить истории до зрителей проще через театральные постановки. 

Писательский путь журналистки Лизы Лосевой начался, скорее, из профессионального интереса и желания рассказать историю забытого героя.

— На рабочую почту мне пришло письмо о человеке по имени Александр Шибков — я хочу, чтобы это имя знал каждый в Ростове. Он организовал здесь криминалистическую лабораторию, третью в стране. Мне хотелось, чтобы кто-то написал о нем книгу, но никто за это не брался, поэтому я написала ее сама, — рассказала она.

Разговор плавно перешел к теме о персонажах в книгах женщин: есть ли у них прототипы в реальной жизни и какая доля вымышленного присутствует в них? Позиции писательниц здесь также разделились. Марина Чуфистова призналась, что чаще всего черпает вдохновение в реальных людях. Лишь однажды автор сознательно отошла от этого принципа, создав полностью вымышленный образ — существо, лишенное человеческого облика, чтобы исследовать тему инаковости и отчуждения.

— В остальном мои герои — достаточно обычные люди, как и мы с вами. Ничем не примечательные, не иные, с ними очень легко себя сопоставить. Следующую книжку я могу написать о ком-нибудь из вас, — с улыбкой сообщила Марина Чуфистова.

Ксения Баштовая, работающая в жанре фэнтези, процесс создания свои персонажей описала цитатой: «Если бы я мог не писать, я был бы самым счастливым человеком. Но в какой-то момент врывается герой, хватает тебя за горло и говорит: “Расскажи обо мне!”». К этому персонажу, как отмечает писатель, уже цепляется вся история.

Лера Ко в своих произведениях переносит собственный жизненный опыт в повествование от мужского лица. 

— Мне часто говорят: «Какие сильные истории, особенно вот эта — о настоящей дружбе!» Я отвечаю: «Но это же моя, женская история». Люди так удивляются. Действительно, когда ты описываешь собственный опыт от лица мужчины, читатели воспринимают его совершенно иначе, — заключила Лера Ко.

С мужским протагонистом работает и Лиза Лосева. При работе над сценой, где ее замерзший герой принимает ванну, она пыталась понять, насколько такое поведение типично для мужчины, консультируясь со знакомыми. 

Такой гендерный эксперимент подвел к вопросу: раз уж автор может быть кем угодно, то для чего в литературе ярлыки вроде «мужская» и «женская» проза? 

— Почему мы собрались, чтобы поговорить отдельно о женщинах в литературе? Стоит задуматься: насколько это деление еще актуально? Неужели женщины и мужчины ищут в книгах разное, потребляют разную культуру? — задалась вопросом модератор.

Участники дискуссии единодушно решили: подобное разделение — подход устаревший, некоторые даже признались, что впервые столкнулись с такой формулировкой. Лиза Лосева, поддерживая эту позицию, вспомнила о Донне Тартт, в чьих произведениях сложно считать, что роман написан женщиной.

А Виктория Бабкина в свою очередь рассказала о явлении «женской драматургии» на фестивалях, которая ассоциируется с эстетикой Ренаты Литвиновой — декоративной, с минимум сюжета и красивыми размышлениями.

Тем не менее, писательницы признали существование определенных жанровых ниш, ориентированных на женскую аудиторию.

— Я считаю, что делить литературу на женскую и мужскую уместно только в развлекательных жанрах. Если роман-фант — для женщин, то боевик — для мужчин. А серьезную литературу разграничивать бессмысленно — там важнее качество текста, — поделилась мнением Ксения Баштовая.

Завершали дискуссию вопросом из зала о писательских планах каждой. Ксения Баштовая заканчивает свой первый роман-фант, а Мария Чуфистова готовится к выходу книги «Отец Сережа» о православном священнике. Лиза Лосева работает над пятой книгой в своей детективной серии, а Полина Касперович пишет свою вторую книгу, на этот раз о модельерах.

Напомним, литературный фестиваль «Слово-на-Дону» проходит со 2 по 19 октября. Проект реализуется АНО «Культура» при поддержке Министерства культуры Ростовской области. С подробной программой и расписанием можно ознакомиться на официальном сайте фестиваля. 

Текст и фото: Алина Зарубина